Интернет, при всей его относительной новизне и специфичности, нельзя рассматривать как особую среду, где не действуют национальные нормы и правила. Законодательство об интеллектуальной собственности, как и все действующее российское законодательство, должно применяться к деятельности российских (а в предусмотренных нормами международного частного права случаях и иностранных) физических и юридических лиц, связанной с Интернетом, в той же степени и таким же образом, как оно применяется к их деятельности вне Сети. В частности, действующее российское законодательство, как представляется, обладает достаточным потенциалом для пресечения такого ставшего массовым на рубеже третьего тысячелетия противоправного явления как киберсквотинг (cybersquatting).

     Данный термин появился в 1995-1996 годах в США для обозначения практики регистрации доменного имени, идентичного или сходного до степени смешения с товарным знаком третьего лица, с целью последующей продажи доменного имени этому лицу за сумму, значительно превышающую расходы по регистрации.

     Именно для борьбы с такого рода деятельностью ответственной за мировую систему интернет-адресации организацией ICANN в тесном сотрудничестве с ВОИС была создана Унифицированная политика разрешения споров о доменных именах (UDRP), а Конгрессом США был принят Закон о защите потребителей от киберсквотинга [The Anti-Cybersquatting Consumer Protection Act (ACPA)]. Оба документа появились в 1999 году, и оба они признание действий обладателя спорного доменного имени правонарушением ставят в зависимость от присутствия в его действиях признаков недобросовестности.

     Представляется, что действия, обладающие признаками "недобросовестной регистрации и использования" доменного имени в соответствии с UDRP, как и доказательства наличия у лица "недобросовестных намерений", перечисленные в Законе США о защите потребителей от киберсквотинга, полностью подпадают под включенное в Гражданский кодекс РФ понятие "злоупотребление правом".

     В соответствии с абз. 1 п. 1 ст. 10 ГК РФ "не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах".

     В юридической литературе выделяют несколько видов злоупотребления правом, в качестве первого из которых обычно называют злоупотребление с прямым умыслом нанести ущерб интересам других лиц.

     Представляется, что впервые включенная в 1994 году в Гражданский кодекс РФ норма о недопустимости злоупотребления правом заслуживает более широкого применения в данной сфере правоотношений.

     В 2000-2002 годах было вынесено несколько судебных решений, где использование ответчиком в доменном имени обозначения, сходного с товарным знаком истца, признавалось нарушением ст. 4 Закона о товарных знаках, несмотря на то, что данное доменное имя не использовалось для предложения однородных товаров и услуг (дела о coca-cola.ru, nivea.ru и некоторые другие).

     В большинстве этих случаев налицо были описанные в UDRP признаки "недобросовестной регистрации и использования" доменного имени. В связи с этим исход данных споров - принятие решения в пользу истца - представляется закономерным, но использование ст. 4 Закона о товарных знаках в качестве основного правового обоснования данных решений вызывает сомнения.

    В подобных случаях после рассмотрения вопроса об использовании доменного имени подлежит исследованию вопрос о целях его регистрации. Если установлено, что спорное доменное имя было зарегистрировано исключительно с целью помешать владельцу исключительных прав на средства индивидуализации в реализации его прав, следует применять положения о недопустимости злоупотребления правом. Если же признаки злоупотребления правом отсутствуют, то регистрация и использование доменного имени, совпадающего с чужим товарным знаком или знаком обслуживания, но не используемого для предложения однородных товаров и услуг, в соответствии с действующим российским законодательством и аналогично положениям UDRP не являются нарушением чьих-либо прав.

Извлечение из статьи к.ю.н. Милютина З.Ю. "Киберсквотинг" как злоупотребление правом